Dbrain — очень показательный кейс для истории российских ICO не потому, что он был самым громким, а потому, что выглядел слишком умно, чтобы провалиться. Проект подавали как открытую блокчейн-платформу, которая соединяет дата-сайентистов с толпой разметчиков данных и превращает «сырые данные» в реальные AI-приложения для бизнеса. В white paper прямо говорилось, что Dbrain — это инфраструктура для всей «AI production line»: владельцы данных загружают датасеты, толпа размечает и валидирует их, дата-сайентисты обучают модели, а бизнес потом использует готовые AI-приложения. Во главе стояли Дмитрий Мацкевич и Алексей Хахунов; сам Dbrain позиционировался как российский или российско-белорусский стартап.
Упаковка была почти образцовой для эпохи. Dbrain обещал не просто сервис разметки данных, а чуть ли не новую социальную экономику искусственного интеллекта. В white paper и интервью команда рассказывала, что проект способен достучаться до 2 миллиардов «unbanked» людей из бедных стран и дать им заработок в криптовалюте за обучение нейросетей. TechCrunch пересказывал идею почти в том же духе: если машины собираются заменить людей, пусть хотя бы платят людям за то, что те обучают своих будущих заменителей. Это была очень сильная моральная обёртка: не спекуляция, а почти борьба с глобальным неравенством через разметку картинок.
Сам токен DBR, конечно, объявлялся не украшением, а сердцем экосистемы. White paper писал, что DBR — это внутренняя ERC-20-валюта для оплаты и получения вознаграждения за работу, датасеты и использование AI-приложений. Для контроля качества придумали протокол SPOCK, для безопасности данных и распределения доходов — PICARD. В теории это звучало как стройная технологическая система. На практике — как ещё один знакомый фокус ICO-эпохи: к обычной бизнес-задаче, в данном случае разметке данных и обучению моделей, прикручивается собственный токен, без которого сервис якобы не может жить.
Деньги под эту идею начали собирать рано и довольно бодро. К февралю 2018 года у Dbrain уже было $2,5 млн seed funding; это подтверждали TechCrunch, white paper и профиль Handl на TAdviser. В white paper при этом уже рисовалась полноценная токенсейл-машина: общий объём — 40 млн DBR, цена — $2 за токен, до 40% выпуска предполагалось отдать рынку с hard cap в $20 млн, а частная продажа шла с 15 апреля 2018 года в диапазоне $1,6–2 за токен и с отдельным hard cap $17,5 млн. Это уже был не эксперимент, а вполне оформленная попытка продать публике «ИИ на блокчейне» как инвестиционный сюжет.
The Paypers со ссылкой на EWDN называл Dbrain «Russian-Belarusian blockchain startup» и писал, что в проект вложились фонды из Москвы, Нью-Йорка, Сингапура и Сиднея, а также российские бизнес-ангелы Эдуард Гуринович и Лео Баталов. Сам white paper перечислял в витрине Гуриновича, а основатель Дмитрий Мацкевич подавался как серийный предприниматель, продавший Flocktory за $20 млн. То есть это был не анонимный «протокол», а стартап с понятными биографиями и хорошим набором имён для презентации.
Летом 2018 года проект вообще выглядел живым и убедительным. Bitfury и AngelVest объявили о $3 млн equity-инвестиции в Dbrain, а Bitfury отдельно уточнял, что до этого в токен DBR уже было вложено $5 млн, так что суммарно капитал, привлечённый проектом, достиг $8 млн. На тот момент это выглядело как подтверждение серьёзности: у вас не просто Telegram-бот для разметки данных, а backing от Bitfury, Exonum-инфраструктура и нормальная инвестиционная история. Но именно такие кейсы и интереснее всего: чем респектабельнее фасад, тем нагляднее потом видно, как мало токен был нужен самому бизнесу.
И вот здесь начинается главное. Уже в 2019 году TAdviser зафиксировал, что продукт Dbrain для разметки данных был переименован в Handl, а от блокчейн-обёртки фактически отказались. TAdviser пишет это совсем прямым текстом: проект собирался идти в ICO, но в итоге компания Dbrain от этого плана отказалась; Handl стал «продолжением Dbrain», но уже без использования блокчейн-технологии и с прямой интеграцией с «Яндекс.Толокой». Это едва ли не идеальная эпитафия для половины «умных» ICO: если из продукта вынули блокчейн, а продукт от этого не умер, значит блокчейн там с самого начала был рекламной наклейкой.
Дальше история стала комически земной. Medium проекта показывает, что к концу 2018 года Dbrain уже писал про вывод средств, а в январе 2019-го — про автоматизацию обработки документов. Нынешний Dbrain — это вообще не «децентрализованная платформа для коллективного создания AI apps», а вполне обычная B2B-компания по распознаванию и извлечению данных из документов. На официальном сайте она пишет, что реализует AI-решения в 100 компаниях, обслуживает более 100 клиентов, более 30 партнёров и обрабатывает свыше 10 млн распознаваний документов в год; в API-документации описаны классификация документов, извлечение данных, OCR, антифрод и ручная верификация. Иными словами, от большой криптоутопии остался нормальный документный AI-бизнес для банков, МФО, страховых и госсектора.
С токеном всё ещё проще. CoinCodex по DBR сегодня пишет: ICO Ended и Currently not trading. То есть спорить о перспективах токена Dbrain уже почти так же странно, как о перспективах жетона из закрытого парка аттракционов. Бизнес пережил криптомоду, токен — нет.
Именно в таких историях особенно хорошо видно, как работала эпоха ICO. Сначала публике продавали красивую идею о «демократизации ИИ» через токен. Потом выяснилось, что для реального бизнеса по разметке данных и автоматизации документов блокчейн вовсе не обязателен. В результате компания выжила, но уже без крипторомантики, а токен остался там, где остаётся большинство токенов 2017-2018 года: нигде.