Waves — один из самых крупных и самых характерных русских криптопроектов первой волны. В июне 2016 года платформа провела ICO и собрала 30 000 BTC, то есть более $16 млн.
Если посчитать это по ценам марта 2026 года, получится $2,1 млрд. Теперь все токены (не только размещённые на ICO) стоят $56 млн. Но обо всём по порядку.
Сам Waves подавался как открытый блокчейн для выпуска токенов, dApp’ов и «нового интернета» на смарт-контрактах. Иными словами, публике продавали не просто монету, а русскую версию большой мечты про «свой Ethereum, только проще, быстрее и ближе к реальному бизнесу».
Эта история особенно хороша тем, что не остановилась на одном токене. Через пару лет Александр Иванов решил, что одной публичной цепочки мало, и из экосистемы Waves вырос Vostok — уже не для криптоэнтузиастов, а для корпораций и государства. В официальных материалах Vostok называли частной блокчейн-платформой для предприятий и госорганов, предназначенной для сертификации, регистрации и трекинга данных. На запуске в 2019 году проект прямо хвастался сотрудничеством с Сбербанком, Трансмашхолдингом, ВЭБ.РФ, Ростехом и Нижегородской областью. То есть схема стала ещё солиднее: если Waves продавал «будущее интернета», то Vostok продавал «цифровую инфраструктуру для государства и большого бизнеса».
Деньги под эту новую витрину собрали соответствующие. Сам Vostok сообщал, что в первой инвестиционной стадии привлёк $120 млн от группы иностранных и российских инвесторов при общей оценке проекта в $600 млн. Одновременно с запуском mainnet было выпущено 1 млрд системных токенов Vostok. Это уже очень узнаваемый жест эпохи: поверх публичного токена WAVES возникает ещё один токен, уже под enterprise-легенду, — потому что в криптомире 2018–2019 годов почти любую B2B-идею считали неполной без собственного жетона.
Но дальше начинается самое показательное. Уже через месяц после официального запуска, в июле 2019 года, было объявлено, что Марк Гарбер и GHP Group стали единственным владельцем Vostok, а Александр Иванов полностью продал свою долю, чтобы сосредоточиться на Waves. Для проекта, который только что подавался как основа цифровой инфраструктуры для государства и крупных корпораций, это выглядит почти анекдотично: громко продавали как новое направление роста, а потом основатель очень быстро ушёл из него сам.
Ещё смешнее стало потом. Уже в августе 2019 года сама команда Waves объясняла, что Waves Enterprise возник из проекта Vostok, что бренд Vostok фактически уходит, а новый enterprise-контур будет жить уже как часть глобального развития Waves. Там же была зафиксирована особенно важная деталь: WEST tokens are utility tokens и не дают инвесторам долю ни в Waves, ни в Vostok, ни в Waves Enterprise. Это, по сути, и есть вся мораль эпохи ICO в одном абзаце. Людям продавали красивую корпоративную блокчейн-историю, но когда доходило до прав инвестора, снова выяснялось, что в руках у него не доля в бизнесе, а очередной «полезный токен».
То есть перед нами не один проект, а целая матрёшка из криптообещаний. Сначала — Waves как публичный блокчейн и большая ставка на токенизацию всего. Потом — Vostok как «серьёзный» государственно-корпоративный блокчейн. Потом — продажа Vostok группе GHP. Потом — фактическое растворение Vostok в Waves Enterprise. Если убрать пафос про Web3, цифровую инфраструктуру и enterprise-DLT, остаётся знакомая картина: один бренд порождает второй, второй перетекает в третий, а инвестору каждый раз объясняют, что именно новый токен теперь и есть настоящий ключ к будущему.
Рынок за эти годы вынес проекту вполне ясный вердикт. WAVES сейчас торгуется примерно по $0,46 при капитализации около $56 млн; его исторический максимум у CoinMarketCap — $62,36, то есть токен находится примерно на 99,3% ниже пика. WEST сейчас стоит около $0,0028, его капитализация — около $627 тыс., а исторический максимум, по Coinbase/Binance/CoinGecko, был в районе $0,84–0,89; это означает просадку примерно на 99,7%. А карточка Vostok Platform (VST) на CoinMarketCap вообще выглядит как полумёртвый preview-page с нулевой ценой, нулевым supply и нулевым объёмом.
При этом история Waves испортилась не только рыночной ценой. В 2022 году экосистема получила ещё и хороший удар по репутации: алгоритмический стейблкоин USDN на Waves потерял привязку к доллару, а CoinDesk писал, что его капитализация незадолго до этого выросла почти до $850 млн. Позже DL News сообщал, что после кризиса в экосистеме осталось более $530 млн bad debt на Vires Finance. Это уже не просто печальная судьба старого ICO-токена, а более общий диагноз тому, как «технологическая свобода» в крипте слишком часто заканчивается знакомой смесью из рефинансирования, дыр в модели и оправданий про внешнюю атаку.
Waves / Vostok — не труп в чистом виде, как большинство токенов с ICO: сеть Waves жива, документация жива, WEST тоже ещё где-то торгуется. Публике продавали сначала русский блокчейн для нового интернета, потом русский корпоративный блокчейн для государства и крупного бизнеса. Но рынку это оказалось не нужно.