Чем окончилось скандальное ICO HOQU, где была ругань по поводу покупки ламб и воровства денег?
ОТВЕТ:
История HOQU (токен HQX) — это не столько «классический скам с исчезновением», сколько громкая публичная война между сооснователями уже после завершения токенсейла, с взаимными обвинениями в выводе средств, шантаже/вымогательстве и обращениями в правоохранительные органы.
Что такое HOQU и когда было ICO
HOQU продвигали как децентрализованную affiliate/CPA-платформу (performance-marketing на смарт-контрактах). В листингах ICO обычно фигурирует период 27 ноября 2017 → 11 января 2018.
В день закрытия токенсейла в блоге HOQU вышла заметка-«благодарность» от лица сооснователя/СVO Романа Кауфмана.
При этом по публичным справочникам гуляли разные цифры сборов: например, в одном из листингов утверждалось про $15 млн и листинг на Yobit, а позже внутри конфликта звучали суммы существенно выше.
Скандал: «куда делись деньги?» против «это вымогательство»
Версия Романа Кауфмана (он же Роман Михалев)
Осенью 2018 Кауфман публично заявил, что:
- ICO якобы собрало свыше $27 млн при исходных ограничениях около $14,7 млн (он ссылался на документы/whitepaper);
- в течение месяцев после ICO до 75% средств могло быть выведено «в неизвестном направлении»; он указывал, что доступ к финансам был у Алексея Шмонова и Максима Аникеева.
Ответ второй стороны (другие фаундеры)
Представители HOQU в ответ говорили, что Кауфман (при поддержке неназванного «бывшего следователя СК РФ») на самом деле давил на команду, требуя крупные выплаты за «выход» и «позитив» в публичном поле.
В частности, Bits.Media описывал историю с аудиозаписью, где Кауфман требует 1500 ETH, и отмечал, что подлинность файла он «не опровергал».
Эскалация: переговоры о «выкупе доли», встреча с «вооружёнными людьми», заявления в органы
ForkLog и Bits.Media пересказывали (со ссылкой на участников) цепочку событий:
- по словам Максима Аникеева, кошельки/доступ к средствам якобы был сосредоточен у Алексея Шмонова, включая контроль над аппаратными кошельками (Trezor) — то есть даже внутри «второй стороны» звучали претензии к Шмонову;
- конфликт обострился, когда Кауфман начал требовать финансовую отчетность; далее обсуждался «выкуп» его доли/токенов;
- по версии Аникеева, на встрече 2 июля (в публикации ForkLog речь о 2018 годе) к переговорам пришли вооружённые люди и потребовали 20% собранных средств;
- среди упомянутых фигур оказался Сергей Анатольевич Родионов (бывший сотрудник полиции/УЭБиПК, на тот момент — юрист), которому приписывали угрозы «подогнать под 159-ю статью»;
- далее стороны обменялись заявлениями: Кауфман — в полицию/экономическое подразделение, а оппоненты — в СК РФ (в версии ForkLog — по факту шантажа/вымогательства).
Отдельно юристы Кауфмана публиковали позицию, что его якобы лишили 20% доли через регистрационные действия (исключили фамилию из пакета документов), и что Кауфману поступали угрозы.
Линия «ранних инвесторов»
В 2020 в Medium-посте (от автора “Sherlock Holmes”) утверждалось, что ранним инвесторам якобы обещали возможность вернуть вложенные средства «в любой момент после ICO» со стороны HOQU (упомянут Максим Аникеев как лицо, от имени которого давались обещания).
ForkLog также отмечал, что часть «ранних» инвесторов требовала возврата ETH, и что могла быть «устная» договорённость об этой опции, хотя в документах механика возврата выглядела сомнительно.
Сооснователями HOQU выступили пять человек: Роман Кауфман (Роман Михалев); Алексей Шмонов; Максим Аникеев; Александр Дужников; Андрей Дужников. В качестве консультантов ICO упомянуты Ralph Liu, Moe Levin, Kenneth A. Goodwin Jr., Alex Shifrin, Mike Coppola, Борис Лебеденко.
В скандале также участвовали Сергей Родионов — бывший майор полиции (УЭБиПК), далее юрист; упоминался в истории про угрозы «159-й статьёй»; Глеб Плесовских, Александр Новак — юристы/партнёры, публиковавшие пресс-релиз со стороны Кауфмана; неназванный «бывший следователь СК РФ» и неназванный «ангажированный оперуполномоченный» — фигурируют как элементы взаимных обвинений, без раскрытия личности в публикациях.
HOQU приводят как кейс, где после сбора денег началась борьба за контроль над кошельками/долями и за интерпретацию расходов, а конфликт ушёл в публичную плоскость и правоохранительные заявления.
Что было дальше по линии токенов:
- Команда продолжала публично говорить, что проект жив: в Q&A (сентябрь 2018) основатель Алексей Шмонов отвечал про возможный token swap при переезде на другой блокчейн, про “не сожжённые” остатки токенов и заявлял, что часть токенов уже сожгли (упоминали “25 млн”).
- Переезд/параллельная версия на EOS действительно объявлялась: в апреле 2019 HOQU писали, что версия платформы на EOS “уже работает в mainnet”.
- При этом HQX как токен остался ERC-20 на Ethereum: контракт 0x1B957Dc4aEfeed3b4A2351a6A6d5cbfbbA0CeCFa. На Etherscan до сих пор видны держатели (порядка 18 756) и максимальная эмиссия 888 888 000 HQX.
- Биржевой “рынок” по сути высох. Трекеры показывают “last known price” около $0.000889, но при этом объёмы либо отсутствуют, либо микроскопические — это типичный признак стакана без жизни/редких сделок.
Почему так вышло (важно для “что с токенами”):
- В 2018 команда говорила, что HQX уже листился на Hotbit и BitForex.
- Но дальше инфраструктура “рассыпалась”: Hotbit закрылся в 2023 году, так что даже теоретические рынки там исчезли.
- А BitForex после истории 2024–2025 вводил режим “только выводы/ограничения” и ставил дедлайны на вывод средств.
Итог на конец декабря 2025:
- HQX юридически/технически существует (его можно хранить и переводить как ERC-20).
- Но экономически для большинства держателей это неликвидный сувенир.
![Чёрный список юристов по возврату от брокеров [и отзывы]](https://vklader.ru/wp-content/uploads/scam-vozvrat-825x510.jpg)