Маст-банк рухнул 24 июня 2015 года — это был не внезапный «несчастный случай», а финал длинной истории с обналичиванием, бегством вкладчиков, сменой акционеров и попытками представить банк как кандидата на санацию. В рейтинге выплат АСВ он стоит как кейс на 12,7 млрд руб. страхового возмещения: выплаты шли в 16 субъектах РФ, в том числе в Москве — около 6,3 млрд руб. и 10,5 тыс. вкладчиков, в Крымском федеральном округе — около 1,1 млрд руб. и 2,8 тыс. вкладчиков. Всего, по сообщению АСВ, за компенсацией могли обратиться примерно 23,7 тыс. вкладчиков.
Предыстория началась как минимум в 2013 году. Банк оказался в скандале с обналичиванием и выводом 36 млрд руб.; после этого 18,24% акций купил Андрей Агеев, брат депутата Госдумы Александра Агеева. Александр Агеев тогда объяснял покупку фразой: «Мы с братом поставили свое имя, чтобы поправить репутацию банка». Андрей Агеев обещал сделать банк «чистым и понятным», а среди потенциально статусных клиентов назывался «Восток-сервис» Владимира Головнева. До этого бывший владелец Дмитрий Аграмаков подтверждал продажу банка Агееву.
Но к весне 2015-го стало ясно, что репутацию не поправили. 17 апреля ЦБ ограничил операции с физлицами, затем прошли обыски и выемки документов, член совета директоров Евгений Ростовцев оказался под домашним арестом. В конце апреля банк начал ограничивать выдачу вкладов: сначала до 100 тыс. руб. в день, затем, по данным «Ведомостей», лимит сократился до 25 тыс. руб.; в кассах не хватало денег, платежи уходили с задержками или не уходили вовсе. (Ведомости)
Официальная причина отзыва лицензии была жёсткой: капитал ниже 2%, недостоверная отчётность и AML. ЦБ указал на высокорискованную кредитную политику, плохое качество активов, отсутствие денежного потока, неисполнение обязательств перед вкладчиками, существенную недостоверность отчётности, нарушения антиотмывочного законодательства и вовлечённость в сомнительный вывод денег за рубеж и транзитные операции. После требования досоздать резервы капитал банка критически просел.
Картина была типичной для «пылесоса» конца банковской чистки. На 1 апреля у Маст-банка было 15,4 млрд руб. средств населения, на 1 июня — 12,8 млрд руб. депозитов физлиц. Аналитик БКФ-банка Максим Осадчий говорил, что ЦБ «долго тянул» с отзывом лицензии, а в I квартале банк активно привлекал вклады населения: рост депозитов физлиц на 34,81% он назвал одним из рекордных по сектору; резюме — банк работал как «пылесос».
Последние недели перед отзывом выглядели как чехарда. 18 мая банк сообщил о появлении 11 новых акционеров-физлиц, каждый с долей менее 10%, то есть без необходимости согласования с ЦБ. Уже 20 мая часть собственников снова сменилась. 29 мая акционеры избрали председателем правления Александра Бондаря и полностью переизбрали совет директоров.
После отзыва лицензии масштаб дыры стал виден в суде: к 24 июня 2015 года имущество Маст-банка оценивалось в 7,5 млрд руб., обязательства — в 14,4 млрд руб.; превышение обязательств над имуществом составляло 6,8 млрд руб. 19 августа 2015 года Арбитражный суд Москвы признал банк банкротом, конкурсным управляющим стало АСВ.
Дальше история перешла в уголовную и банкротную плоскость. АСВ пыталось привлечь к субсидиарной ответственности бывших контролирующих лиц на 13,3 млрд руб.: Юрия Пирогова, Александра Бондаря, Александра Чеметова, Андрея Оленина, Виктора Вербина, Дмитрия Аграмакова, Алексея Власенко, Андрея Агеева, Максима Москалёва и других. Конкурсный управляющий утверждал, что выдавались заведомо невозвратные кредиты, ликвидные активы заменялись требованиями к «технической» компании, а зарубежные активы банка обременялись. В итоге кассация в 2021 году оставила субсидиарную ответственность только за Юрием Пироговым, Александром Бондарём и Александром Чеметовым.
Уголовный хвост тоже был крупным. В 2017 году Александр Чеметов получил 4 года 6 месяцев колонии за присвоение; в 2021-м Юрий Пирогов был осуждён на 8 лет 6 месяцев за мошенничество и растрату. В 2023 году суд взыскал более 5,6 млрд руб. с Юрия Пирогова, вице-президента Елены Журавлёвой и начальника кредитного управления Натальи Желобаевой как возмещение вреда банку.
Последний публично найденный состав перед отзывом лицензии
Совет директоров, избранный 29 мая 2015 года: Михаил Карпухин — председатель совета; Владимир Аникеев; Александр Бондарь; Владимир Бубликов; Андрей Макаренко; Андрей Павленко.
Правление / исполнительный контур по последним открытым упоминаниям: Александр Бондарь — председатель правления; ранее и. о. председателя правления был Александр Чеметов; в последующих материалах АСВ и судов как управленцы банка фигурировали также Андрей Оленин — зампред правления, Виктор Вербин — член правления, Юрий Пирогов — президент банка. Полного официального списка правления именно на 24 июня 2015 года в открытых источниках не нашлось; раскрытие эмитента после майской смены фиксирует Бондаря как руководителя — председателя правления.