«Народный кредит» рухнул как крупный регионально-московский вкладной банк: лицензия отозвана 9 октября 2014 года, на 1 сентября он занимал 112-е место в банковской системе РФ. ЦБ сформулировал причину жёстко: капитал ниже 2%, собственные средства ниже минимума, неспособность удовлетворять требования кредиторов, задержки расчётов, а временная администрация выявила «полную утрату» собственных средств и невозможность восстановить платёжеспособность. Отзыв лицензии — 9 октября 2014 года.
История начиналась вполне буднично: банк был создан в 1993 году как КБ «Шарк», потом стал Башкредитрегионбанком, в 2000-м получил название «Народный кредит», в 2011-м присоединил Банк Хакасии. К моменту краха у него были офисы в Москве, Петербурге, Сочи, Ростове-на-Дону, Хакасии, Красноярске, Тюмени, Брянске, Новосибирске, Иркутске и ещё десятках городов. Поэтому удар пришёлся не только по Москве. По таблице «Вкладера»: 15,1 млрд руб. страхового возмещения — 48 тыс. вкладчиков. Страховое возмещение выплачивалось в 12 субъектах РФ: Москва и Московская область — 6,2 млрд руб., Хакасия — 1,8 млрд руб., Краснодарский край — 2,7 млрд руб., Санкт-Петербург и Ленинградская область — 1,5 млрд руб.
Обвальная фаза началась до формального отзыва лицензии. В июле 2014 года ЦБ предписал увеличить резервы и ограничил привлечение вкладов физлиц. В сентябре банк стал испытывать явные проблемы с платежами; 29 сентября, по данным «Ведомостей», остановилось обслуживание карт, а выдача вкладов была ограничена 25 тыс. руб. в день. Сотрудник колл-центра объяснял это «ажиотажем, спровоцированным СМИ», а руководство, по его словам, просило ЦБ поддержать банк ликвидностью. В сентябре ввели лимит выдачи вкладов — 25 тыс. руб. в день.
Комментаторы тогда видели в деле не рядовой отзыв. Максим Осадчий из БКФ говорил «Газете.Ru»: «Давно не отзывали лицензию у настолько крупного банка», а также: «ЦБ не хотел отзывать лицензию». Он же обращал внимание на напряжённые нормативы: Н2 на 1 сентября — 20,8% при пороге 15%, Н1.0 — 10,62% при минимуме 10%. Карина Артемьева из НРА говорила «Ведомостям», что банк переживал нехватку ликвидности за счёт межбанковских кредитов; другой банкир объяснял, что предписание ЦБ фактически отрезало банк и от легального роста вкладов, и от денег ЦБ.
Акционерный контур был пёстрым. По справке ТАСС: 43,45% принадлежали ЗАО «Эмитакс» Владимира Энтина, 19,99% — ЗАО «Вестком» Владимира Румянцева, 17,3% — BVI-компании Wallbrom Consulting с бенефициаром Евгенией Антоновой, 12,7% — «Агентству исследований инвестиций» Аллы Матюшкиной, 6,54% — страховому обществу «Регион Союз» Виктории Жуковой и Андреаса Меркури. Председателем правления был Виталий Юн, председателем совета директоров — Николай Алексеев. Позднее в уголовном деле совладельцем банка называли и Станислава Светлицкого, бывшего замминистра энергетики РФ и президента АО «Евразийский».
Последний найденный перед крахом публичный состав органов управления такой. Совет директоров: Николай Алексеев, председатель; Алла Матюшкина; Владимир Звягин; Владимир Румянцев; Виталий Юн. Правление: Виталий Юн, председатель; Игорь Стребков; Михаил Сватухин; Евгений Пфау; Татьяна Семко.
После отзыва лицензии масштаб бедствия стал виден в банкротстве. В декабре 2014 года Арбитражный суд Москвы признал банк несостоятельным; задолженность перед вкладчиками называлась 16,9 млрд руб., общий долг перед кредиторами — 22,6 млрд руб. Отдельный громкий эпизод — спор с кипрской Ubenord Investments Limited: суды признали недействительным списание 42 млрд руб. со счёта компании в счёт досрочного погашения кредита перед банком, потому что операция прошла в преддверии банкротства, при картотеке неисполненных платежей и без реального денежного обеспечения.
Уголовный хвост тянулся годами. В деле фигурировали Станислав Светлицкий, Дмитрий Пузанов, Виталий Юн, его заместитель Ирина Переверзева, начальник управления безопасности Николай Молотилкин и бухгалтер Майя Нюшкова. Суд установил два блока: 1,12 млрд руб., переведённых на подконтрольные Светлицкому фирмы по проекту очистного завода в Ростове-на-Дону, и более 6,6 млрд руб. через кредиты аффилированным юрлицам. В 2020 году Светлицкий получил 12 лет, Пузанов — 8 лет, Переверзева, Молотилкин и Нюшкова — по 7 лет, Юн — 2 года; апелляция в 2021 году оставила приговор без изменений. В 2020-м фигуранты получили реальные сроки.
Гражданско-правовая часть тоже не закончилась быстро. АСВ пыталось взыскать с бывших руководителей 18 млрд руб. убытков, указывая на выдачу кредитов техническим юрлицам без ликвидного обеспечения. В 2018 году суд сначала отказал, но затем спор пошёл по новым кругам. В 2023 году суды пришли к взысканию с Виталия Юна крупных убытков: по материалам дела банк требовал 18,09 млрд руб., апелляция взыскала 17,88 млрд руб., а Верховный суд отказался пересматривать взыскание более чем 11 млрд руб. Юну вменяли технические кредиты без качественной проверки заёмщиков.
Подписывайтесь на телеграм-канал Финсайд и потом не говорите, что вас не предупреждали: https://t.me/finside.
Читайте нашу книгу про обман в крипте:
Сообщить о мошенниках или задать вопрос Памятка о возврате от мошенников Телеграм-канал и чат Вкладер Белый список инвестиций