18 марта 2016 года ЦБ отозвал лицензию. Формальная причина — не разовое нарушение, а набор претензий: неисполнение банковских законов и нормативов ЦБ, «высокорискованная кредитная политика», недосоздание резервов, неисполнение запретов надзора на отдельные операции и участие в сомнительных операциях по выводу денег за рубеж и транзиту. ЦБ отдельно отметил, что руководители и владельцы не приняли эффективных мер для нормализации деятельности. На 1 марта 2016 года банк занимал 166-е место в системе.
Кто пострадал: по формулировке из таблицы «Вкладера» — 14,6 млрд руб., «44,5 тыс. вкладчиков в 7 субъектах РФ». В сообщении АСВ, которое цитировало РИА, та же сумма страхового возмещения раскрывалась как около 14,6 млрд руб.; там же говорилось примерно о 24,5 тыс. вкладчиков, включая около 300 ИП с требованиями на 31 млн руб. Выплаты должен был вести Сбербанк; аналитик Максим Осадчий оценивал возможные выплаты примерно в 13 млрд руб.
Дыра вскрылась быстро. В финансовом состоянии, подготовленном после прихода временной администрации, активы «СтарБанка» были переоценены с 19,5 млрд до 7,24 млрд руб., обязательства составляли около 15,68 млрд руб., вклады физлиц — около 15,29 млрд руб. Капитал стал отрицательным: минус 8,44 млрд руб. До прихода временной администрации на бумаге он был положительным — 3,84 млрд руб.; именно такой контраст и показывает, насколько поздно реальная картина стала видна вкладчикам.
Ключевые даты: 18.03.2016 — отзыв лицензии; 01.04.2016 — крайний срок старта страховых выплат; 04.08.2016 — банк признан банкротом, конкурсным управляющим стало АСВ; сентябрь 2017-го — уголовное дело по заявлениям ЦБ и АСВ; март 2018-го — иск АСВ о субсидиарной ответственности на 15,2 млрд руб.; июнь 2025-го — приговоры по уголовному делу; июль 2025-го — суд привлёк к субсидиарной ответственности бывших топ-менеджеров.
Акционерный контур перед крахом выглядел так: Агаджан Аванесов — 19,7%, Виктор Амбарцумян — 19,7%, Наргиза Артыкова — 19,6%, Ерануи Мурадян — 19,5%, Шавкат Султанов — 14,25%, Карен Погосян — 7,25%. Наиболее заметная фигура — Агаджан Аванесов: в последующих материалах он проходил как бывший бенефициар и председатель совета директоров.
Состав органов восстановлен по судебным материалам. Исполнительный контур: Людмила Конторщикова — председатель правления; Дмитрий Селезнев — заместитель председателя правления; Андрей Гордеев — бывший председатель правления, фигурировал в иске АСВ; также в судебных материалах упоминались Анатолий Громович, Карен Погосян и Алексей Стома. Совет директоров: Агаджан Аванесов — председатель; Шавкат Султанов, Алексей Стома, Карен Погосян и Анатолий Громович фигурировали в материалах о привлечении контролирующих лиц. АСВ в 2025 году отдельно назвало Аванесова, Конторщикову и Селезнева бывшими топ-менеджерами, с которых взыскивается ущерб.
Схема, по версии следствия и суда, была не в том, что банк «неудачно кредитовал экономику». «Коммерсантъ» описывал её как выдачу кредитов фиктивным или подконтрольным компаниям: деньги дальше уходили за рубеж под видом поставок товаров и оборудования. В материалах назывались, в частности, «Фиш Фабрик», а также юридическая фирма «Ипсо Юре», помогавшая оформлять сделки. Финальный уголовный ущерб — 5,1 млрд руб. При этом изначально, по данным издания, ущерб оценивался почти в размер обязательств перед кредиторами — около 15,6 млрд руб.
В 2025 году прокуратура запросила сроки от 5 до 14 лет. Максимальный срок просили для Агаджана Аванесова; Людмиле Конторщиковой, Дмитрию Селезневу и Дмитрию Шервашидзе — 8–8,5 года; Дмитрию Шевандину, связанному с «Ипсо Юре», — 5 лет. АСВ затем сообщило, что суд признал Аванесова, Конторщикову, Селезнева и их соучастников виновными в хищении активов банка; сроки составили от 5 до 10 лет плюс штрафы. Субсидиарная ответственность — почти 15 млрд руб.
Итоговая история «СтарБанка» — классический пример банка с красивой отчётной оболочкой и резким обнулением капитала после проверки. Для вкладчиков это было страховое дело на 14,6 млрд руб.; для АСВ и ЦБ — история вывода активов; для суда — уже не просто «плохие кредиты», а уголовный эпизод с контролируемыми компаниями, зарубежным контуром и персональной ответственностью бывших руководителей.