Тема: Сергей Зайцев

Как разорился Эксперт Банк (Омск)

Эксперт Банк — омский банк с регистрационным №2949, основанный в 1994 году; к моменту отзыва лицензии ЦБ ставил его на 209-е место в банковской системе по активам. Юридический центр — Омск, ул. Маршала Жукова, 107; прежняя идентичность — «Сибирский купеческий банк».

1 ноября 2019 года ЦБ отозвал лицензию у «Эксперт Банка». Формальная причина была не «дыра» в балансе, а комплаенс и качество операций: регулятор заявил о нарушениях законодательства о ПОД/ФТ, неполных и недостоверных сведениях по операциям обязательного контроля, сомнительных операциях с наличной иностранной валютой, выводом средств за рубеж и ценными бумагами. ЦБ отдельно написал, что внутренний контроль был неэффективен, а действия банка «свидетельствовали о вовлечённости» руководства. Материалы были направлены в правоохранительные органы

По формулировке таблицы Vklader: 4,4 млрд руб. страховой ответственности АСВ — столько было в реестре обязательств перед вкладчиками. 5,9 тыс. вкладчиков в 8 субъектах РФ могли обратиться за выплатой, в том числе около 700 малых предприятий на 155,7 млн руб. В Омской области — около 1,1 тыс. вкладчиков на 753,9 млн руб.; в Москве и Московской области — около 1,7 тыс. вкладчиков на 1,3 млрд руб. Выплаты стартовали 12 ноября 2019 года через Сбербанк. В обновлённом рейтинге Vklader «Эксперт Банк» идёт с датой 01.11.19 и суммой 4,4 млрд руб.

ЦБ говорил о сомнительных операциях и ПОД/ФТ, но банк пытался оспорить отзыв лицензии. В 2020 году суд отказал ему: приказ Банка России устоял. Дальше 7 апреля 2021 года банк был признан банкротом, конкурсным управляющим стало АСВ.

Ключевая фигура в капитале — Роман Стройков, председатель совета директоров и основной бенефициар. В публикациях 2018 года доля Стройкова оценивалась примерно в 92,8%, Сергея Ануфриева — 4,35%, Дмитрия Новгородцева — 1,42%; «Новая газета — Балтия» также описывала его контроль через цепочку российских и эстонских компаний. До 2018 года правление много лет возглавлял Сергей Ефимов, затем исполняющей обязанности, а в апреле 2019 года председателем правления стала Вера Борисова.

Последний найденный перед крахом публичный состав органов управления требует оговорки: официальная карточка ЦБ после прекращения деятельности не раскрывает полный персональный список на 01.11.2019, поэтому ниже — последняя доступная публичная версия.
Правление: Вера Борисова — председатель, Денис Шеремет, Елена Дорохова.
Совет директоров: Роман Стройков — председатель, Сергей Ануфриев, Дмитрий Новгородцев.

После банкротства АСВ пошло на персональные претензии: АСВ требовало 879,7 млн руб. с группы бывших руководителей, акционеров и связанных лиц. В списке ответчиков фигурировали Роман Стройков, Вероника Стройкова, Елена Дорохова, Денис Шеремет, Елена Ткаченко, Богдан Орлов, Сергей Зайцев, Сергей Ануфриев, Игорь Захаров, Алексей Лукьянов, Дмитрий Новгородцев, Наталья Шагинян, Ирина Артющенко, Анна Колбина, Марина Максименко, Вера Борисова и Сергей Ефимов. Претензия строилась вокруг версии о выдаче заведомо проблемных кредитов компаниям, связанным с бизнес-группой Стройкова.

Но финал у этой претензии оказался важным для точности: в 2026 году кассация оставила отказ АСВ в силе. Суд указал, что на момент выдачи кредитов заёмщики выглядели платёжеспособными, обслуживали долги и проценты как минимум до отзыва лицензии, а доказательств аффилированности и выгодоприобретения оказалось недостаточно. В деле прозвучала сильная фраза: требования кредиторов погашены полностью.

Публичный фон был нервным ещё до отзыва. Telegram-канал Banksta писал, что банк «давно в центре внимания регулятора». Журналист Мартин Лайне в материалах о Стройкове говорил, что в среде бизнес-журналистов его считали подозрительным; сам Стройков отвечал: «Никакого вывода денег никогда не было». Это не судебный вывод о самом «Эксперт Банке», но хорошо передаёт репутационный шлейф вокруг основного владельца.

Итог: крах «Эксперт Банка» — не классическая история паники вкладчиков, а история банка из второй сотни, который попал под жёсткую зачистку за комплаенс, транзитно-валютные и «подозрительные» операции. Для вкладчиков удар был ощутимым по географии и сумме — 4,4 млрд руб. и почти 6 тыс. заявителей, но последующая судебная часть показала более сложную картину: лицензия не вернулась, банк ушёл в банкротство, однако персональная претензия АСВ к бывшим контролёрам на 879,7 млн руб. в итоге не устояла.

Инвестбанк умер для 90 тысяч вкладчиков

Крах Инвестбанка — это одна из самых заметных банковских аварий конца 2013 года. 13 декабря 2013 года ЦБ отозвал лицензию у банка, который ещё недавно входил в первую сотню по активам.

За несколько дней до этого у банка начались тяжёлые сбои с платежами и выдачей денег, а на фоне слухов и паники у отделений, особенно в Калининграде, выстроились очереди. ЦБ потом прямо указал: банк нарушал требования закона и нормативов, представлял «существенно недостоверную отчетность», не создавал адекватные резервы, а качество активов оказалось таким, что банк полностью утратил собственные средства. Собственники и руководство, по версии регулятора, не приняли действенных мер по нормализации положения.

90 тыс. вкладчиков в 19 субъектах РФ стали крупнейшей группой пострадавших. Вкладер тогда сообщал о структуре долга: «90 тыс. вкладчиков в 19 субъектах РФ получают 30,6 млрд руб. В Калининграде и Калининградской области 21 тыс. вкладчиков (8,1 млрд руб.). В Москве и Московской области 17 тыс. вкладчиков (7,9 млрд руб.). В Екатеринбурге и Свердловской области 10 тыс. вкладчиков (3,3 млрд руб.)».

Это был гигантский страховой случай для АСВ. Кроме вкладчиков-физлиц, пострадали и юрлица, чьи деньги не покрывались страхованием в полном объёме. По данным, приводившимся после краха, на середину 2013 года у банка было около 37,7 млрд руб. вкладов населения и 10,9 млрд руб. средств юрлиц; позже АСВ указывало, что к марту 2017 года требования кредиторов превысили 60,2 млрд руб., а требования кредиторов первой очереди составляли около 40,3 млрд руб.

Главная причина обвала — не одномоментная паника, а дыра в балансе. Проблема — плохие активы и недостоверная отчетность. Временная администрация сначала оценивала активы примерно в 32,4 млрд руб. при обязательствах 62,6 млрд руб., а затем реальная стоимость активов была уточнена до уровня чуть выше 18 млрд руб. То есть разрыв оказался колоссальным. ЦБ позже объяснял, что вариант санации обсуждался, но был признан экономически нецелесообразным: спасение банка обошлось бы дороже, чем расчёты с вкладчиками по страховке. Санацию сочли экономически нецелесообразной.

Хронология была очень плотной. 4 сентября 2013 года пост председателя правления покинул Константин Корищенко; председатель совета директоров Юрий Матвеев тогда благодарил его за «осуществлённые антикризисные меры», а член совета директоров Сергей Мастюгин говорил о «новой стратегии» банка после периода оптимизации. С 5 сентября 2013 года обязанности предправления исполняла Ольга Боргардт. Уже 11 декабря 2013 года вице-президент Галина Зима уверяла, что следственные действия не связаны с деятельностью банка и что ограничения касаются только головного офиса. Но через двое суток лицензия была отозвана. За два дня до отзыва клиентам ещё давали успокаивающие сигналы.

Из заметных фигур вокруг краха стоит назвать Константина Корищенко, Ольгу Боргардт, Сергея Мастюгина, Юрия Матвеева, Сергея Зайцева, Дмитрия Кириллова, Олега Козаченко, Галину Зиму, а также акционеров, раскрытых в отчётности банка на 30 июня 2013 года: Сергея Мастюгина, Наталью Глухову, Оксану Сорокопуд, Виталия Гончарова, Austin Blake Klein, Сергея Задирко, Бориса Шурукова, Ирину Полубоярову, Jukum Hans Horn. Среди публичных комментаторов выделялись первый зампред ЦБ Алексей Симановский, который говорил, что отзыв лицензий у трёх банков в декабре 2013 года был «необходимостью», потому что они фактически перестали нормально обслуживать клиентов, и Эльвира Набиуллина, подчёркивавшая, что «отзыв лицензии — это крайняя мера».

Дальше история перешла в плоскость банкротства, исков и уголовных дел. 4 марта 2014 года Арбитражный суд Москвы признал Инвестбанк банкротом. АСВ позднее заявляло о признаках преднамеренного банкротства и пыталось взыскать с бывших контролирующих лиц и менеджеров более 40,5 млрд руб. В 2023 году дошло и до приговоров по эпизодам хищения имущества банка на 11,7 млрд руб.

Теперь по составу органов управления.

Последний доступный перед крахом состав совета директоров, избранный 25 июня 2013 года: Юрий Матвеев — председатель, Сергей Зайцев — заместитель председателя, Наталья Иванова, Константин Корищенко, Сергей Мастюгин, Владимир Нестеренко, Лев Новиков, Игорь Чурсин, Максим Щербаков.

С правлением ситуация хуже: полного декабрьского состава в одном официальном предкраховом раскрытии в открытом доступе я не нашёл. Последний явно опубликованный полный состав правления, который удалось поднять, — избранный в сентябре 2012 года: Константин Корищенко, Ольга Боргардт, Сергей Зайцев, Дмитрий Кириллов, Олег Козаченко; 4 сентября 2013 года Корищенко ушёл, а с 5 сентября обязанности председателя правления исполняла Боргардт. В судебных исках АСВ по краху среди руководителей периода банкротства также фигурировали Сергей Менделеев, Сергей Андрющенко, Игорь Муравлев и вице-президент Галина Зима.