Метка: Лев Новиков

«С банк»: короткая история краха

Банк сбережений и кредита, к моменту краха — ЗАО «С банк», до ребрендинга — «Сберкред Банк», был московским банком из топ-200. 18 марта 2014 года ЦБ отозвал лицензию. Формально основание — нарушение банковского законодательства, достаточность капитала ниже 2%, падение собственных средств ниже минимального уставного капитала и неоднократные меры надзорного реагирования за год. Приказ № ОД-328 подписал первый зампред Банка России, председатель Комитета банковского надзора А. Ю. Симановский.

Пострадали в основном вкладчики-физлица. По формулировке из таблицы «Вкладера»: 6,96 млрд руб. страховых выплат — 15,9 тыс. вкладчиков. За выплатой страхового возмещения «могут обратиться порядка 15,9 тыс. вкладчиков из 13 субъектов РФ». В Москве и Московской области — 9,9 тыс. вкладчиков на 4,44 млрд руб.; в Санкт-Петербурге — 1,2 тыс. на 533,1 млн руб.; в Калужской области — 1,1 тыс. на 454,1 млн руб.; в Краснодарском крае — 0,6 тыс. на 276,9 млн руб.

Причина краха в версии регулятора была не в «набеге» вкладчиков, а в качестве активов. Банк России писал, что «С банк» проводил высокорискованную политику размещения привлечённых средств и не создавал адекватные резервы. После доначисления резервов под низкокачественные активы банк полностью утратил капитал после доначисления резервов. Руководство и собственники, по ЦБ, не приняли мер по финансовому оздоровлению. На 1 марта 2014 года банк занимал 170-е место по активам в системе.

Сюжет усугублялся странной предсмертной активностью. В феврале 2014-го банк сменил название на «С банк» — «Газета.Ru» иронизировала, что дорогостоящий ребрендинг не помог. Станислав Волков из «Эксперт РА» объяснял, что банки нередко перепродаются перед крахом, чтобы «отсечь прежний негатив». Вячеслав Путиловский из «Банки.ру» указывал на модель: средства физлиц в пассиве и корпоративный кредитный портфель в активе; он же отмечал подозрительные валютные остатки 3,5 млрд руб., 16% активов.

Самая яркая деталь — возможная передача кредитного портфеля банку «Кедр» буквально накануне отзыва лицензии. Максим Осадчий на «Банки.ру» назвал это «предсмертной сделкой»: розничный портфель «С банка» на 1 февраля составлял 952,6 млн руб., корпоративный — 15,5 млрд руб.; сделка, по его оценке, могла быть признана АСВ незаконной и направленной на вывод активов из конкурсной массы. Подозрительный сюжет — кредитный портфель и «Кедр».

Персоналии вокруг банка менялись почти до последнего. До декабря 2013 года в совете директоров были Виктор Поляков и Иван Канюка; оба затем фигурировали в связке с банком «Кедр», где у Канюки называлось 17,87%, у Полякова — 18,75%. «Газета.Ru» также писала о возможном участии Владимира Романова, совладельца лишившегося лицензии банка «Электроника», в допэмиссии, но сам Романов это отрицал. В числе новых бенефициаров/акционеров в открытых справках назывались Илья Пригожин, Сергей Задирко, Лев Новиков, Надежда Карпенкова, Сергей Сударев, Андрей Иванов; председателем совета директоров в декабре-феврале назывался Лев Новиков.

1 апреля 2014 года начались выплаты АСВ. 29 мая 2014 года «С банк» признан банкротом. Арбитражный суд Москвы открыл конкурсное производство, конкурсным управляющим стало АСВ. В суде представитель ЦБ говорил: имущества на 11,3 млрд руб., обязательств — на 13,7 млрд руб., то есть дыра минимум 2,4 млрд руб.

Ключевые даты

Февраль 2014 — ребрендинг «Сберкред Банка» в «С банк».
18 марта 2014 — отзыв лицензии, приказ ЦБ № ОД-328; временная администрация по № ОД-329.
1 апреля 2014 — старт страховых выплат вкладчикам.
29 мая 2014 — банкротство, конкурсное производство, АСВ как конкурсный управляющий.

Последний состав органов управления раскрыт фрагментарно. По наиболее поздним открытым следам перед крахом: совет директоров возглавлял Лев Новиков; Илья Пригожин и Сергей Задирко вошли в новый состав совета, а прежние фигуры Виктор Поляков и Иван Канюка покинули совет 23 декабря 2013 года. Полный список нового совета в открытых источниках не подтверждается без лакуны.

По правлению подтверждаются: Инесса Крупская — и. о./председатель правления; Николай Лазарев — зампред правления, член правления; Фарид Аляутдинов — член правления, главный бухгалтер; Ольга Чернова — член правления / зампред правления в раскрытиях банка.

Инвестбанк умер для 90 тысяч вкладчиков

Крах Инвестбанка — это одна из самых заметных банковских аварий конца 2013 года. 13 декабря 2013 года ЦБ отозвал лицензию у банка, который ещё недавно входил в первую сотню по активам.

За несколько дней до этого у банка начались тяжёлые сбои с платежами и выдачей денег, а на фоне слухов и паники у отделений, особенно в Калининграде, выстроились очереди. ЦБ потом прямо указал: банк нарушал требования закона и нормативов, представлял «существенно недостоверную отчетность», не создавал адекватные резервы, а качество активов оказалось таким, что банк полностью утратил собственные средства. Собственники и руководство, по версии регулятора, не приняли действенных мер по нормализации положения.

90 тыс. вкладчиков в 19 субъектах РФ стали крупнейшей группой пострадавших. Вкладер тогда сообщал о структуре долга: «90 тыс. вкладчиков в 19 субъектах РФ получают 30,6 млрд руб. В Калининграде и Калининградской области 21 тыс. вкладчиков (8,1 млрд руб.). В Москве и Московской области 17 тыс. вкладчиков (7,9 млрд руб.). В Екатеринбурге и Свердловской области 10 тыс. вкладчиков (3,3 млрд руб.)».

Это был гигантский страховой случай для АСВ. Кроме вкладчиков-физлиц, пострадали и юрлица, чьи деньги не покрывались страхованием в полном объёме. По данным, приводившимся после краха, на середину 2013 года у банка было около 37,7 млрд руб. вкладов населения и 10,9 млрд руб. средств юрлиц; позже АСВ указывало, что к марту 2017 года требования кредиторов превысили 60,2 млрд руб., а требования кредиторов первой очереди составляли около 40,3 млрд руб.

Главная причина обвала — не одномоментная паника, а дыра в балансе. Проблема — плохие активы и недостоверная отчетность. Временная администрация сначала оценивала активы примерно в 32,4 млрд руб. при обязательствах 62,6 млрд руб., а затем реальная стоимость активов была уточнена до уровня чуть выше 18 млрд руб. То есть разрыв оказался колоссальным. ЦБ позже объяснял, что вариант санации обсуждался, но был признан экономически нецелесообразным: спасение банка обошлось бы дороже, чем расчёты с вкладчиками по страховке. Санацию сочли экономически нецелесообразной.

Хронология была очень плотной. 4 сентября 2013 года пост председателя правления покинул Константин Корищенко; председатель совета директоров Юрий Матвеев тогда благодарил его за «осуществлённые антикризисные меры», а член совета директоров Сергей Мастюгин говорил о «новой стратегии» банка после периода оптимизации. С 5 сентября 2013 года обязанности предправления исполняла Ольга Боргардт. Уже 11 декабря 2013 года вице-президент Галина Зима уверяла, что следственные действия не связаны с деятельностью банка и что ограничения касаются только головного офиса. Но через двое суток лицензия была отозвана. За два дня до отзыва клиентам ещё давали успокаивающие сигналы.

Из заметных фигур вокруг краха стоит назвать Константина Корищенко, Ольгу Боргардт, Сергея Мастюгина, Юрия Матвеева, Сергея Зайцева, Дмитрия Кириллова, Олега Козаченко, Галину Зиму, а также акционеров, раскрытых в отчётности банка на 30 июня 2013 года: Сергея Мастюгина, Наталью Глухову, Оксану Сорокопуд, Виталия Гончарова, Austin Blake Klein, Сергея Задирко, Бориса Шурукова, Ирину Полубоярову, Jukum Hans Horn. Среди публичных комментаторов выделялись первый зампред ЦБ Алексей Симановский, который говорил, что отзыв лицензий у трёх банков в декабре 2013 года был «необходимостью», потому что они фактически перестали нормально обслуживать клиентов, и Эльвира Набиуллина, подчёркивавшая, что «отзыв лицензии — это крайняя мера».

Дальше история перешла в плоскость банкротства, исков и уголовных дел. 4 марта 2014 года Арбитражный суд Москвы признал Инвестбанк банкротом. АСВ позднее заявляло о признаках преднамеренного банкротства и пыталось взыскать с бывших контролирующих лиц и менеджеров более 40,5 млрд руб. В 2023 году дошло и до приговоров по эпизодам хищения имущества банка на 11,7 млрд руб.

Теперь по составу органов управления.

Последний доступный перед крахом состав совета директоров, избранный 25 июня 2013 года: Юрий Матвеев — председатель, Сергей Зайцев — заместитель председателя, Наталья Иванова, Константин Корищенко, Сергей Мастюгин, Владимир Нестеренко, Лев Новиков, Игорь Чурсин, Максим Щербаков.

С правлением ситуация хуже: полного декабрьского состава в одном официальном предкраховом раскрытии в открытом доступе я не нашёл. Последний явно опубликованный полный состав правления, который удалось поднять, — избранный в сентябре 2012 года: Константин Корищенко, Ольга Боргардт, Сергей Зайцев, Дмитрий Кириллов, Олег Козаченко; 4 сентября 2013 года Корищенко ушёл, а с 5 сентября обязанности председателя правления исполняла Боргардт. В судебных исках АСВ по краху среди руководителей периода банкротства также фигурировали Сергей Менделеев, Сергей Андрющенко, Игорь Муравлев и вице-президент Галина Зима.