Журнал

Что думаете про эту возможность и слова Чингиза Мусина?

ОТВЕТ:

Автор неправильно трактует слова Эльвиры Набиуллиной.

Он читает фразу Набиуллиной как намёк на «вклады граждан скоро заберут/заморозят». Но в исходном контексте речь о фондировании экономики: откуда бизнес и банки берут длинные деньги для кредитов и инвестиций.

Набиуллина говорила на «Альфа-саммите» в контексте валютного кредитования и юаневой ликвидности. Сначала она объясняла, что банки активно выдавали юаневые кредиты при нестабильном фондировании, а когда клиенты вывели юани, ставки на денежном рынке резко выросли. Отсюда её вывод: чтобы выдавать длинные кредиты, нужен надёжный источник финансирования.

Дальше она провела макроэкономическое сравнение. До 2022 года российские компании могли занимать за рубежом: через кредиты, облигации, банки, международные рынки капитала. Она образно назвала это «сбережениями граждан Европы и США», потому что в конечном счёте деньги на финансовых рынках — это чьи-то сбережения, вложенные через банки, фонды, пенсионные и инвестиционные структуры. Это не значит, что российский завод буквально брал деньги с личной сберкнижки европейца.

После 2022 года эти внешние дешёвые источники стали недоступны. Поэтому фраза «практически единственный источник — российские сбережения» означает: российская экономика теперь в основном должна финансироваться внутренним капиталом — депозитами, счетами, облигациями, средствами компаний, финансовой системой внутри страны. Отсюда и высокие ставки: внутренние деньги стали более дорогим и дефицитным ресурсом.

Ошибка автора поста — в подмене смысла. Он делает вывод, что власть намекает, что сбережения будут изымать.

Но он из слов Набиуллиной не следует. Банковский вклад по определению — это деньги, переданные банку под проценты на условиях возврата, установленных договором. То, что банки используют привлечённые средства для кредитования экономики, — нормальная банковская модель, а не признак готовящейся конфискации. Вклады и так используются для финансирования экономики посредством выдачи за их счёт кредитов или покупки облигаций. По обычным вкладам действует система страхования: базовое возмещение сейчас составляет 1,4 млн рублей на вкладчика в одном банке, включая начисленные проценты.

Но тревожный смысл у сказанного всё же есть — просто другой. Набиуллина фактически признаёт, что внешнего дешёвого капитала больше нет, экономика сидит на внутренних ресурсах, а конкуренция за эти ресурсы поддерживает высокие ставки. Это плохо для заёмщиков, инвестиций и бизнеса, но это не намёк на «заморозку вкладов».

Честная трактовка такая: «ЦБ признаёт, что после закрытия внешних рынков российская экономика вынуждена финансироваться в основном внутренними сбережениями, поэтому ставки высоки». А не: «Набиуллина намекнула, что у граждан заберут вклады».

Самый близкий советский аналог ельцинскому «девальвации не будет». В начале января 1991 года министр финансов СССР Валентин Павлов публично отрицал подготовку денежной реформы: слухи, мол, не соответствуют действительности, «никакой подготовки к реформе в стране не ведётся». «Коммерсантъ» тогда вынес в заголовок почти издевательское: «Валентин Павлов сказал, что денежной реформы не будет. Ну-ну».

А 22 января 1991 года объявили изъятие 50- и 100-рублёвых купюр. Обмен — фактически за три дня, с ограничением до 1000 рублей на человека, плюс ограничение снятия наличных со вкладов в Сбербанке до 500 рублей в месяц. Это стало не просто денежной операцией, а ударом по доверию к государству.

Павловская реформа — это не просто «обмен купюр». Это был удар по наличным деньгам, по вкладам и по доверию к союзной власти за несколько месяцев до распада СССР.

Кто такой Павлов

Валентин Сергеевич Павлов — финансист, бывший министр финансов СССР, а с 14 января 1991 года — премьер-министр СССР. Причём он оказался единственным человеком в истории с должностью именно «премьер-министр СССР»: до этого были председатели Совета министров, а после августовского путча сама конструкция союзного правительства быстро развалилась. Большая российская энциклопедия даёт его срок как премьера: 14 января — 22 августа 1991 года.

Павлов был не случайный человек «с улицы». Он занимался финансами, ценами, бюджетом, выступал за многоукладную экономику, но при сохранении государственного контроля над ключевыми ценами. То есть он был типичный позднесоветский реформатор-администратор: понимал, что система разваливается, но пытался чинить её не рынком, а жёсткой управленческой операцией.

В чём была проблема

К началу 1991 года в СССР накопился классический «денежный навес»: у людей и предприятий были рубли, но купить на них было всё труднее. Магазины пустели, дефицит рос, деньги теряли смысл не через официальный курс или биржу, а через невозможность обменять их на товары.

Павловская логика была такая: раз в стране слишком много наличных, а товары исчезают, надо внезапно изъять часть наличности, особенно крупные купюры, которые якобы сосредоточены у «теневиков», спекулянтов и вывезены за рубеж. Формально реформа подавалась как борьба с нетрудовыми доходами и теневой экономикой, но на практике удар пришёлся по обычным людям, которые держали деньги дома. «Коммерсантъ» тогда прямо писал, что реформа «на практике ударила по средним слоям населения».

Павлов сказал, что реформы не будет

10 января 1991 года Павлов, ещё министр финансов, на заседании Верховного Совета заявил, что слухи о денежной реформе не соответствуют действительности и «никакой подготовки к реформе в стране не ведётся». «Коммерсантъ» 7 января вышел с заголовком: «Валентин Павлов сказал, что денежной реформы не будет. Ну-ну». Через две недели это «ну-ну» стало историческим. (Коммерсантъ)

И это делает историю похожей на ельцинское «девальвации не будет» через 7 лет: фраза произносится в момент, когда слухи уже ходят, напряжение уже есть, а власть пытается словом остановить поведение людей. Но слово уже не работает.

Что объявили 22 января 1991 года

Вечером 22 января 1991 года, около 21:00, по телевидению объявили: с 0 часов 23 января прекращается приём к платежу 50- и 100-рублёвых купюр образца 1961 года. То есть людям фактически сказали вечером: завтра ваши крупные купюры уже не деньги, идите менять. Постановление Кабинета министров СССР № 2 прямо устанавливало прекращение приёма этих купюр с 0 часов 23 января.

Обмен должен был пройти за три дня — с 23 по 25 января. Для работающих граждан обмен разрешался через комиссии на предприятиях, в пределах среднемесячного заработка за последний год, но не более 1000 рублей на человека. Пенсионерам по общему правилу разрешали обменять до 200 рублей или в размере месячной пенсии. Всё сверх лимита надо было объяснять специальным комиссиям: откуда деньги, когда получены, почему накоплены.

Одновременно был нанесён второй удар: ограничили снятие денег со вкладов. С 23 января на первое полугодие 1991 года вкладчик мог получить наличными не более 500 рублей в месяц. Формально безналичные платежи со вкладов оставались, но для обычного человека это выглядело как частичная заморозка сбережений.

Как это выглядело для людей

Представьте: вечер, телевизор, программа «Время», и вдруг объявляют, что крупные купюры завтра перестают ходить. Магазины и банки уже в основном закрыты. У кого дома лежали 50- и 100-рублёвки — свадебные деньги, похоронные деньги, накопления на мебель, машину, кооператив, отпуск, — все они за ночь стали проблемой.

Люди бросились в сберкассы, на предприятия, на почту, к знакомым, пытались срочно разменять деньги. «Коммерсантъ» потом описывал, что люди стояли в очередях в Сбербанк, меняли деньги на работе и носились по городу в поисках способов обмена. Где-то комиссии меняли почти автоматически, где-то требовали справки и объяснения, а чётких критериев «законности» накоплений на местах не было.

Возник и чёрный рынок обмена. Крупные купюры принимали с дисконтом: например, неофициальный обмен больших сумм мог идти за 20–25% от номинала. То есть человек отдавал 1000 рублей крупными купюрами, а получал условно 200–250 рублей «живыми» деньгами. «Коммерсантъ» отмечал, что уже на второй день такие каналы были налажены.

Почему это не сработало

Заявленная цель — ударить по теневой экономике. Но теневая экономика обычно не хранит основные богатства в советских 50- и 100-рублёвках. У неё были валюта, золото, товары, связи, возможность договориться. А вот у обычного советского гражданина могли быть именно наличные рубли «под матрасом», потому что банковской системе многие и так не очень доверяли.

По данным, которые приводил «Коммерсантъ», к 26 января в отделения Госбанка поступили купюры примерно на 40 млрд рублей, тогда как в обороте их было около 48 млрд рублей; значит, не было предъявлено около 8 млрд рублей. Павлов трактовал значительную часть этой суммы как деньги, вывезенные за рубеж, а Геращенко оценивал такой вывоз гораздо ниже — около 0,5 млрд рублей. Поэтому реальный «выигрыш» государства был спорным и несопоставим с политическим ущербом.

БРЭ пишет, что реформа позволила сократить денежную массу более чем на 12 млрд рублей, по другим данным — на 14 млрд, но вызвала массовое недовольство. Это важный нюанс: технически часть денег действительно изъяли, но экономически проблему дефицита не решили, а психологически разрушили остатки доверия.

Потом пришёл второй акт — повышение цен

Январский обмен был только первой частью. 2 апреля 1991 года прошла реформа розничных цен: основные потребительские товары подорожали в разы. БРЭ описывает это как подъём в 2–3 раза цен на основные потребительские товары с 2 апреля 1991 года.

«Коммерсантъ» в ретроспективе писал: по официальным оценкам рост составил 65–70%, но товары, которые реально можно было найти в магазинах, подорожали в два-три раза. И ассортимент шире не стал — то есть власть ударила по деньгам населения, но не решила проблему пустых полок.

Получилась убийственная связка:

1. В январе у людей частично изъяли наличные и ограничили доступ к вкладам.
2. В апреле резко подняли цены.
3. Дефицит не исчез.
4. Доверие к союзному правительству рухнуло ещё сильнее.

Почему это стало символом конца СССР

Павловская реформа запомнилась как государственный обман не только потому, что деньги поменяли. Важнее другое: сначала власть отрицала реформу, потом провела её внезапно, затем заставила людей доказывать законность собственных накоплений.

Для позднего СССР это был страшный сигнал: государство уже не гарантирует ни стабильность цен, ни доступ к вкладам, ни сохранность наличных. Деньги в советской системе и раньше были странными — с фиксированными ценами, дефицитом и очередями. Но после января 1991 года стало ясно: даже формальная бумажная ценность рублей может быть отменена административным решением за один вечер.

Что стало с Павловым

Дальше его политическая траектория пошла к августовскому финалу. В августе 1991 года Павлов стал одним из организаторов и членов ГКЧП. 23 августа 1991 года его арестовали, до января 1993 года он находился в заключении, а в 1994 году был амнистирован. После этого работал в банковских и экономических структурах. Умер в 2003 году.

Коротко: Павлов вошёл в историю не как «министр, поменявший купюры», а как лицо последней попытки советской власти спасти управляемую экономику административным шоком. Вместо спасения получились паника, очереди, обида, потеря доверия и ещё один толчок к распаду СССР.

Историческое видео. Как Борис Ельцин обещал, что девальвации не будет за три дня до неё.

— Борис Николаевич, по поводу девальвации… Сейчас все говорят: будет девальвация или нет? Одно… одна фраза, от вас зависит.
— Не будет.
— Не будет девальвации?
— Нет.
— Твёрдо и чётко?
— Твёрдо и чётко. И не просто это я придумываю, или фантазия, или не хотел бы. Нет. Это всё просчитано, это каждые сутки проводится эта работа и контроль, каждые сутки. И тут бесконтрольно, конечно, работа не пойдёт.

Это фрагмент ответа Бориса Ельцина в новгородском аэропорту 14 августа 1998 года, за три дня до кардинальных решений по дефолту и девальвации.

После фразы «девальвации не будет» всё пошло почти мгновенно.

14 августа 1998 года официальный курс ЦБ был 6,2725 рубля за доллар. Уже 17 августа правительство и Банк России объявили антикризисный пакет: новый «плавающий» курс в расширенном коридоре 6–9,5 рубля за доллар, переоформление ГКО-ОФЗ, остановку торгов по ним и 90-дневный мораторий по ряду внешних обязательств. То есть сначала власти пытались оформить это не как свободное падение рубля, а как управляемое расширение коридора.

Дальше — хронология по официальному курсу ЦБ:

Данные ЦБ показывают главный момент: основной обвал произошёл не 17 августа, а в конце августа — начале сентября. С 14 августа по 29 августа доллар вырос с 6,27 до 7,91 рубля — неприятно, но ещё не катастрофично. А затем за первую декаду сентября официальный курс улетел к 20,825 рубля.

В обменниках паника началась раньше официальной статистики. Уже сразу после объявления дефолта наличный доллар в пунктах обмена подскочил примерно с 6,2 до 9–10 рублей, причём валюта часто просто заканчивалась. В регионах картина была похожая: например, в Казани 19 августа банки покупали доллар по 6,5, а продавали уже по 8–9,5 рубля, а некоторые быстро прекращали продажу из-за исчерпания резервов.

Самый драматичный скачок — с 1 по 9 сентября. 1 сентября доллар стоил 9,3301 рубля, 2 сентября — 10,8833, 5 сентября — 16,99, 8 сентября — 18,90, 9 сентября — 20,825. То есть за восемь календарных дней рубль официально обесценился больше чем вдвое.

Потом была странная «пила»: 9 сентября — 20,825, 10 сентября — 15,7724, 11 сентября — 12,8749, 15 сентября — 8,6707, затем снова рост: 18 сентября — 14,6, 22 сентября — 16,3818. Это не было настоящим восстановлением доверия к рублю. Рынок был сломан: ликвидность исчезла, банки сыпались, торги шли с ограничениями, официальный курс временами отражал не спокойный рынок, а хаотичные и малоликвидные сделки.

К октябрю курс более-менее «осел» в районе 15–17 рублей за доллар: 1 октября — 15,9056, 20 октября — 17,09, 31 октября — 16,01. Но это уже был совсем другой масштаб цен: импорт подорожал, долларовые долги стали неподъёмными, а рублёвые сбережения резко обесценились.

К концу 1998 года доллар снова ушёл выше 20 рублей: 29 декабря — 20,99, 31 декабря — 20,65. В сравнении с 14 августа это примерно в 3,3 раза дороже. Иными словами, рубль потерял около 70% стоимости к доллару за четыре с половиной месяца.

Политически и экономически это означало следующее: обещанный «коридор» 6–9,5 прожил считанные дни; банковская система получила удар из-за ГКО, валютных форвардов и бегства вкладчиков; реальные доходы населения упали; инфляция за 1998 год составила около 84–85% против примерно 11% годом ранее. «Коммерсантъ» в ретроспективе формулирует итог прямо: к концу 1998-го доллар перевалил за 20 руб./$, валютный коридор пришлось отменить, а уровень жизни резко снизился.

Если совсем коротко: Ельцин сказал «не будет» при долларе 6,27, через три дня началась «управляемая» девальвация, через три недели доллар доходил до 20,8, а год Россия закрыла около 20,65 рубля за доллар.

«Вкладер» ещё в апреле 2021 года описал «Капитал+» как свежую вывеску со старой легендой: домену capitalplus.su было всего 42 дня, а на сайте рассказывалось про историю с 2008 года и «международных инвесторов». Там же был адрес Садовническая, 14с2 и телефон +7 495 374-75-53; с этого номера, по собранным отзывам, шёл обзвон пенсионеров, включая ложные рассказы о «госстраховке».

Самый важный фрагмент — связка «Капитал Плюс» и «Капитал Финанс». В договоре «Капитал Финанс» пенсионерам прямо обещали «страховку АСВ», хотя у кооператива такой страховки быть не может: АСВ страхует банковские вклады, а не паи/договоры кооператива. В ответе на заявление о возврате денег, по данным «Вкладера», пришёл отказ уже с печатью другого юрлица — «Капитал Плюс».

Дальше вывеска переехала: люди, обманувшие пенсионеров в «Капитал Плюс», «частично перебазировались» в башню «Империя» в Москва-Сити и стали работать под названием ПИК «Промфинанс». Схема описана как та же: звонить тем, кто уже потерял деньги в других лохотронах, обещать «возврат» и брать новый взнос в новое юрлицо.

Что стало с «Промфинансом»

Полиция накрыла офис «Промфинанса» в башне «Империя» летом 2021 года.

Официальная версия прокуратуры Москвы почти дословно подтверждает схему, которую раньше описывал «Вкладер»: фиктивная организация ПИК «Промфинанс», офис в «Москва-Сити» на Пресненской набережной, видимость подразделения банка, обзвон пожилых людей, ранее пострадавших от финансовых пирамид, договоры «паенакопления» и невозврат денег. Период — февраль–июль 2021 года.

Финальная сумма по версии обвинения: больше 55 млн руб. ущерба, 108 потерпевших в возрасте от 68 до 86 лет. Прокуратура также утверждала, что организаторы легализовали часть похищенных денег через криптокошельки и счета зарубежных кредитных организаций. Дело было направлено в Пресненский районный суд Москвы в феврале 2024 года.

Имена, которые удалось вытащить

По «Вкладеру» и открытым карточкам/сниппетам суда в орбите «Промфинанса» фигурируют:

Жеренов Алексей Валерьевич — председатель правления ПИК «Промфинанс», подписант договоров; в суде индексируется как подсудимый по ч. 4 ст. 159 УК РФ.

Также в судебной карточке по делу, связанному с Жереновым, видны Ивкин Ю.И., Камаев И.С., Колюшкина О.А., Магалов Р.Н.О., Мурыгин В.Д., Омурзаков Ф.А. — все по ч. 4 ст. 159 УК РФ.

В комментариях к материалу «Вкладера» по «Промфинансу» дополнительно названы: Ника Бичваидзе / Чичваидзе Николай Юрьевич, Мельников Денис Юрьевич, Сафиуллов Равиль Нургалиевич, Санджиев Евгений Этцеевич, Алина Какенова, Мирослава Павко, Авазбек Абдурахманов, Майя Сафиулина, Рамзес Джураев, Ярослав Клевцов, Артемий Сергеевич Селиванов. Эти имена из комментариев нужно отделять от официального обвинительного списка: часть — свидетельские/OSINT-указания читателей, а не подтверждённый состав приговора.

Вывод для текста

История «Капитал Плюс» / «Капитал Финанс» закончилась не ликвидацией одной вывески, а переходом той же офлайн-школы обмана пенсионеров в «Промфинанс». «Вкладер» зафиксировал ключевую механику заранее: липовая инвестиционная легенда, ложная «страховка АСВ», работа по уже обманутым пенсионерам, обещание вернуть деньги из прежних лохотронов и миграция сотрудников между «Капитал Плюс», «Омега Групп», «Союз Финанс», «Привилегией» и «Промфинансом». Потом официальное следствие оформило это уже как организованную группу: 16 обвиняемых, 108 пожилых потерпевших, 55+ млн руб. ущерба. Но точка в суде, судя по открытой карточке Пресненского суда, пока не поставлена — дело приостановлено.

Вкратце: это не «просто исчезло». Хвост «Капитал Плюс» / «Капитал Финанс» фактически ушёл в уголовное дело по «Промфинансу». По версии прокуратуры, в суд ушло дело 16 человек: 108 потерпевших пенсионеров 68–86 лет, ущерб больше 55 млн руб., статьи — ч. 4 ст. 159 УК РФ и пп. «а», «б» ч. 4 ст. 174.1 УК РФ. Но финального приговора по этой большой группе я не нашёл: в карточке Пресненского суда дело сейчас индексируется со статусом «приостановлено» из-за «заключения контракта или призыва обвиняемого на военную службу». (Генпрокуратура России)

СПРАВКА
реквизиты ПИК «Промфинанс»: ИНН 5027292173, ОГРН 1205000118729, регистрация 25.12.2020, юрадрес в Люберцах, председатель правления — Жеренов Алексей Валерьевич. 

История «Международного кредитного альянса» наконец дошла до уголовного приговора, но не до полного финала. Руслан Афанасьев получил 10 лет общего режима, а основной хвост по Александру Хлопецкому и Станиславу Якимову, судя по карточке Басманного суда, всё ещё не завершён: дело № 01-0133/2026 (старый № 01-0663/2025) по ч. 4 ст. 159 УК РФ числится «приостановлено».

В августе 2018 года «Вкладер» зафиксировал классическую механику офлайнового КПК-лохотрона: холодный звонок, «вклады», ссылка на якобы государственную защиту. Ключевая фраза из звонка, опубликованная «Вкладером»: «банки и кооперативы» якобы работают «с государственной страховкой». Редакция тогда прямо пояснила: «это ложь», потому что государство не отвечает по вложениям в КПК.

Дальше всё пошло именно так, как «Вкладер» и предупреждал. В январе 2020 года мы писали, что вложения в МКА «ничем хорошим не закончатся», а деньги пенсионеров приходится выбивать рейдами в офис. В той же публикации названы ключевые публичные персонажи вокруг МКА: Александр Хлопецкий, Руслан Афанасьев, Алексей Еремин, а также юрист Дмитрий Домахин с коллегами; отдельно «Вкладер» отмечал сомнительный фон самой «Доброты» через Николая Терентьева, «Планету 24», «3Н Гарант» и «Соль Руси».

Регуляторная развязка наступила 27 февраля 2020 года: Банк России выдал КПК «Международный кредитный альянс» предписание о запрете привлекать деньги, принимать новых членов и выдавать займы; сообщение опубликовано 4 марта 2020 года. Важно: ЦБ специально оговорил, что запрет не мешал возвращать деньги пайщикам по уже заключённым договорам.

К 2022 году дело уже было уголовным, но буксовало. «Вкладер» тогда вынес в заголовок: дело КПК МКА «застряло в суде». По публикации, Басманный суд вернул прокурору на доследование дело Александра Хлопецкого, обвинявшегося в 160 случаях мошенничества; «Вкладер» писал, что Хлопецкий собирал деньги через КПК и обязательства перед гражданами не выполнил. Там же было отмечено, что на тот момент Хлопецкий находился на свободе с мерой пресечения в виде запрета определённых действий.

Главный новый финал — приговор Руслану Афанасьеву 23 декабря 2025 года. Прокуратура Москвы сообщила, что Басманный суд признал его виновным по ч. 4 ст. 159 УК РФ по 196 эпизодам мошенничества. По версии суда, Афанасьев вошёл в организованную группу в 2017 году, а сообщники учредили КПК «Международный кредитный альянс» и ООО «Ритэйл Групп» для хищения денег граждан, преимущественно пенсионеров, под видом инвестиций под большие проценты.

Схема в версии прокуратуры почти дословно совпадает с тем, о чём раньше писал «Вкладер»: офисы на Старой Басманной и Одесской, договоры передачи личных сбережений, сначала выплаты процентов, затем прекращение выплат. Для «витрины успеха» пенсионерам устраивали фуршет в гостинице «Метрополь», собрание пайщиков, выборы председателя и даже раздавали скидочную карту в «социальный магазин продуктов». Итоговый ущерб: 196 граждан, более 152 млн рублей.

Афанасьев вину признал. Суд дал ему 10 лет лишения свободы в колонии общего режима, удовлетворил гражданские иски потерпевших с учётом ущерба и морального вреда, а самого Афанасьева взяли под стражу в зале суда. На дату сообщения прокуратуры приговор ещё не вступил в законную силу.

Но это не точка по всей группе. Прокуратура отдельно указала, что уголовное дело в отношении «организатора и других участников» выделено в отдельное производство. Это сходится с карточкой Басманного суда: по делу № 01-0133/2026 (01-0663/2025) проходят Хлопецкий А.А. и Якимов С.А., оба по ч. 4 ст. 159 УК РФ; судья — Вахрамеев Т.С.; текущее состояние — «приостановлено».